воскресенье, 17 августа 2014 г.

Bad Boys Bad Toys



"...Наверное многие задают вопрос, почему мы поместили на обложку "Человека года" сразу 4-х никому не известных людей, которые, как вы видите пьют, курят, и смахивают на 4-ку гомиков из сериала "Мой до дыр". Отвечая на этот вопрос  лишь скажу, что именно они ничего не сделали для развития альпинизма, тред и просто скалолазания во всем мире. За прошедший год они не выбрались никуда и не пролезли ни одного маршрута, не пожертвовали ни пенни за гамбургеры Макдоналдс в пользу нуждающимся, не потеряли ни одной железки и не стерли ни капли резины. За короткий промежуток времени от них отказались не только спонсоры и СМИ, но и собственные семьи. Мы даже скрыли их лица за буквами, чтобы вам не было стыдно смотреть на них. Хочется верить, что как и всегда, вы с удовольствием прочтете наш журнал. В этот раз мы не стали делать страницы глянцевыми, по просьбе ребят из Анголы, для того чтобы наш журнал можно было употребить по назначению..."
-шеф-редактор Time Сид Гипс.



"...Довольно любопытная история, о том как приехать и пролезть 6 стен превратился в большую экспедицию ради одного дня лазания... В связи с запретом в стране, нет возможности публиковать колоритный маевский матерок, но мы добавили напряжения и опубликовали  материал от третьего лица. Вы наверняка помните фильм Bad Boys ("Плохие парни"-прим.ред.), про копов-нигеров, и скоро вас ждет новый "Bad Boys Bad Toys" ("Плохие парни тоже плачут"-прим.ред.) про белых-альпинистов..."
-шеф-редактор The Los Angeles Times Джон Дан-дон.

   Ночь. Звезды. Река. Коровьи лепешки на тропе. Если бы кто-то шел вдоль реки в ущелье Ак-су в этот момент, то увидел бы высоко на стене 4 фонарика. Увидел бы и задумался: "нормальные люди в это время спят. А хороший хозяин в такую ночь собаку из дому не выгонит". Но это не про них, 4 фонарика дюльферяли.
   Гошан стоял на станции лицом к стене. Узенькая такая полочка метр на пол-метра, на которой, втроем, парни ждали, пока Вова делает дюльфер. Стоял и ловил дежа-вю. Это было уже не в новинку- дежа-вю он ловил весь день. То ли просто от физической усталости после 4-х дневного трекинга по живописным горным районам Киргизии, то ли от выпитого накануне рома. Мысли в воспаленном мозгу формировались примерно по следующим категориям: гребаный верталет, который не прилетел; гребаный Узгуруш с его 4-мя перевалами; где мое пиво чувак? Муравей, как он ползет по стене? Как он это делает?
   Справа от Гошана стоя спал Паша. Поскольку Паша спит, ничего конкретного о его мыслях сказать нельзя, но в целом можно: гребаный Узгуруш, гребаный верталет, гребаный Джетбоил с кипятком от которого обварены мои ноги.
  Справа от Паши, то есть справа от справа от Гошана, беспечно болтался Андрюша. Андрюшу в горы отпустила жена, и теперь Андрюше хорошо. Хорошо ему было с момента посещения ирландского паба в аэропорту Домодедово 6-ю днями ранее. Андрюша улыбается в темноте. У Андрюши спазм лицевых мышц и каска сдвинута на бок.
  Где-то внизу, на 30 метров ниже дядя Вова подвязывал веревки. Дядя Вова мерзнет и периодически слова, вылетающие из его рта, информируют, что он долбил дырку под 8-й болт, и вообще где его самосбросы. Самосбросы внизу.
  -СвАбооднна!!!!
Паша пробуждаясь ото сна запихивает веревку в стакан и уезжает вниз. 
Вокруг ну просто красота! Вокруг ничего не видно. Ночь на дворе! А днем красота! Ущелье, горы, стены, зелень, какое небо голубое! Вдалеке Птица. Внизу коровы срут на палатки....



  А начиналось все вроде бы ничего: и железо Пашино нашли; и квартиру Вова купил; и в лимит веса уложились; и даже пьяный Горбунов в самолете сильно не чудил. Так, ругался много, но не очень громко. Но все началось с проклятого чая. На рынке мы купили все. Кроме 2-х килограммов зеленого чая в зеленой упаковке, с надписью "Чай". Андрей был завхоз, и зол. По прежнему пьян и зол. Чай мы купили позже, на карма была безвозвратно испорчена.
 



  Дальше нам предстояло собрать все неудачи, которые можно:
-вертолет не прилетел;
-узбеки грохнули таджика, и самая короткая дорога из Варуха оказалась закрыта;
  Описывать 4-х дневный трекинг по горам средней Азии смысла нет: вверх-вниз, вверх-вниз.



В базовом лагере Карасу Паше обварили ноги кипятком, как раз перед выходом в наш базовый лагерь в Аксу. Нашего времени уже оставалось на 2 горы.



  Достигнув поляны в Аксу мы допустили стратегический промах: мы тут же собрались и ушли ночевать на полку на Слесова. Планировали забежать Перестройку с плеча за световой день. Но и тут не судьба: проваландались и начали через полтора часа после рассвета, заблудились в середине. Поэтому, к моменту начала тяжелых веревок изрядно устали (и это после 4-х дней трекинга). Паша за ИТОшил на "камах". Поскольку ИТОшить планов не было, и даже скайхук Андрея мы заботливо выкинули, а до верха оставалось 6 веревок в 6 вечера, мы разумно решили сдюльферять, отдохнуть и залезть уже до конца.





   Сдюльферяли к 1 ночи, с фонариками на плечо. Несколько раз застревала веревка в щели, Паша лез и вытаскивал ее "экстракторо-эректором".
   Добравшись до базового лагеря, мы несколько дней выпили 2 килограмма зеленого чая. Обзвоживание давало о себе знать, в штаны пролезали уже не 2 пальца, а полторы ладони. Пришлось завязываться веревочкой. В гости приходили разные люди из Карасу. Володя цвел, как цветочек, Андрюша мылся в походном душе, Паша фотографировал, Гоша читал. Вечерами жгли костер и слушали группировку Ленинград, которая своим отборным матом теребила края нанесенной обиды: погонщики украли у нас арбуз. Второй арбуз умер, как и дыньки. Зато было много колбасы с сыром. Без хлеба.




  Последним ударом стал ливень. Который начался за 30 минут до запланированного выхода на штурм. И продолжался 4 дня. Все электронные гаджеты разрядились, единственным развлечением был слив дождевой воды в реактор и кипячение чайка. Паша ушел за пивом в Карасу. "Пивная молния": 2,5 часа туда, и тут же обратно. На следующий день, день спуска в долину, стало солнечно и жарко. Мы возвращались через Цориаз. Будь проклят Узгуруш с его перевалами, можно было дойти через Цориаз за полтора дня.



  А дальше было состояние апатии: тебя кто-то куда-то к кому-то везет, угощает арбузами и пловом, и снова везет, везет, везет по жаркой пыльной дороге Баткен-Ош.


И ты сидишь напротив аэропорта всю ночь и думаешь: вот это блин альпинизм, а то, что было до этого-фигня.

  Supported by:

 Team members: Pavel Dobrinsky, Andry Gorbunov, Vladimir Belousov, George Derkachev.
 Staff: Mikhail Volkov, Dmitry Shepelev.
 Photo&text(c)2014.

Комментариев нет:

Отправить комментарий